Я
помню только этот миг: моя жена за рулем, мы
мчимся по магистрали в сторону Нью-Йорка.
Она выжимает педаль в пол, но это нестрашно,
потому что странным образом в середине дня на до-
роге нет больше ни одной машины. И небо какого-то неесте-
ственного цвета: иссиня-зеленого, переходящего в оранже-
вый. Моя жена говорит что-то вроде “прекрати извиняться”.
Но это вовсе не значит “извинений не требуется”. Она очень,
очень напряжена. Она хочет, чтобы я заткнулся.
Чувствую одно: мои мысли, та часть меня, которую я ощу-
щаю собой, будто не могут выкарабкаться на поверхность.
Это страшно. Словно меня похоронили заживо.
И, как оказалось, мне все это не приснилось.
Это правдивый рассказ о том, что случилось со мной в тот
день в конце августа 2011 года, когда ураган “Айрин” на-
двигался на Нью-Йорк. Писать эту историю трудновато, по-
скольку события того дня скрыты от меня до сих пор: без
малого 24 часа выпали из моей жизни, просто ушли, не по-
прощавшись. Знаешь, это как в фильмах: главный герой оч-
нулся, а в голове — лишь об-
рывки воспоминаний. “Что за.
..
где я?” Вот только меня не били
по голове, я не напивался, ни-
чего такого.
Я пришел в себя на койке
Пресвитерианской больницы
Нью-Йорка в предрассветный
час следующего дня. Капли до-
ждя стучали в окно. В пяти
метрах от меня, на кровати,
стоящей ногами к моим но-
гам, лежал потеющий мужик,
прикованный к поручням на-
ручниками. Стороживший его
полицейский кивнул мне, а за-
тем они оба повернулись обрат-
но к подвешенному под потол-
ком телевизору. Показывали
какую-то комедию.
Позже один невролог сказал
мне: “Я знаю лишь один мир,
в котором с героями такое слу-
чается часто. Это мыльные оперы”. Это, конечно, шутка — до
тех пор пока твоя собственная жизнь вдруг не начинает по-
ходить на ТВ-шоу. И тогда все эти сюжетные повороты сразу
перестают радовать. В тот день меня застала врасплох одна
из форм амнезии — транзиторная глобальная амнезия (ТГА).
И вообще-то она распространена больше, чем думает боль-
шинство людей (а может, даже многие врачи).
В швейцарском исследовании с ироничным названием
“ТГА — не такая уж и редкость, как оказалось” приводят-
ся данные: такой “удар” ежегодно получают примерно 7 че-
ловек из каждых 100 000 населения. И это в среднем по всей
популяции. У людей старше 50 риск заработать ТГА возра-
стает примерно до 24-32 случаев на 100 000 (так что я в свои
54 —
как раз в группе риска). Конечно, эта проблема меньше,
чем, скажем, насморк, но шанс познакомиться с ней не такой
уж и призрачный. Для каждого из вас.
Я читал живописные воспоминания жертв ТГА. Люди
приходили в себя вдалеке от дома, потерянные, некоторые —
с синяками и царапинами, возможно, от драк, которых они
не помнили. В моем случае обошлось без драм: когда я вы-
плыл из тумана, то обнаружил себя все же на кровати, под-
ключенным к кардиомонитору, с датчиками ЭКГ под рубаш-
кой и капельницей, отправляющей магнезию мне в кровь.
“Это все, что мы пока можем сделать”, — извиняющимся то-
ном объяснила медсестра. Я заметил, что где-то умудрил-
ся порезать и ушибить лодыжку. Она еще немного кровото-
чила, но это не слишком меня занимало. Я сосредоточил все
свое внимание на моем так называемом мозге.
Рядом с кроватью стояла доска вроде тех, на которых пи-
шут маркером на презентациях. На доске знакомым почер-
ком моей жены Клэр было выведено:
- Это не ИНСУЛЬТ.
— Клэр привезла тебя на машине в Пресвитерианскую
больницу в Нью-Йорке. Она в ПОРЯДКЕ!
— У тебя потеря памяти. Причина неизвестна.
- Это ВРЕМЕННО.
Клэр написала последнее слово огроменными буква-
ми. Очевидно, это был подсознательный вопль — она хоте-
ла, чтобы я это понял и запом-
нил. ТГА, как я выяснил позже,
бывает одновременно и ретро-
градной (ты не можешь вспом-
нить прошлые события), и ан-
тероградной (ты теряешь спо-
собность запоминать новое,
пока расстройство не пройдет).
В тот день, который прошел
мимо меня, я мог удерживать
что-то в памяти лишь минуту.
А затем — сброс на ноль.
Так что этот список (там
было еще много пунктов) отве-
чал на вопросы, которые я пос-
тоянно задавал:“Как я по-
пал сюда? С тобой все в поряд-
ке?” Я спрашивал об этом снова
и снова.
Так ведут себя все, кого по-
разила ТГА. “Будто кто-то про-
кручивает один и тот же фраг-
мент из саундтрека”, — привел
меткую метафору один из исследователей.
Это было бы даже смешно, если бы так не действова-
ло на нервы окружающим. Я разговаривал с одним пар-
нем, который дошел до белого каления, когда спутница всей
его жизни постоянно просила: “Напомни-ка мне, как мы
познакомились?”
Даже после того, как мое расстройство прошло, у меня все
еще появлялись повторяющиеся вопросы: “Я был болен?”,
“Что послужило причиной?”, “У меня будут еще провалы
в памяти?”, “Что, черт возьми, такое со мной приключи-
лось?” Но повторял я их не потому, что не мог запомнить от-
ветов. Ответов просто не было.
Я прочел множество неожиданно подробной литературы
по ТГА, разговаривал с неврологами и пациентами, моими
товарищами по несчастью. И всего этого оказалось недоста-
точно, чтобы прийти к однозначному заключению. Что пуга-
ло само по себе.
Последнее, что я помню про то утро перед ураганом,
как прикручивал решетку на окошко подвала нашего дома
86 MHEALTH.RU! ЯНВАРЬ 2015
предыдущая страница 84 Mens Health Россия 2015 01 читать онлайн следующая страница 86 Mens Health Россия 2015 01 читать онлайн Домой Выключить/включить текст